В пятницу я навестила родителей, но дома застала только отца. Увидев меня, он сразу начал ворчать: «Почему не предупредила маму, что приедешь? Она бы не поехала к тете Рае, так соскучилась! Теперь расстроится, может, даже плакать будет. Разве так можно?»
«Не ворчи, — попросила я, — у меня и так сегодня был конфликт с директором. Он ко всему придирается!»
Папа пристально посмотрел на меня и сказал: «А может, он не зря? Взгляни на себя критически. Даже меня, родного отца, многое в тебе раздражает. Порой так и хочется взяться за воспитание!»
«Пап, мне уже не пять лет!» — фыркнула я.
«Я-то помню, а ты, кажется, забыла. Все от женихов бегаешь. Чем тебе мой механик не угодил? Золотые руки!»
«Руки, может, и золотые, — усмехнулась я, — а вот ум — на уровне плинтуса».
«А, нашей принцессе интеллектуал нужен! — махнул рукой отец. — Ну ищи, только посмотрю, как ты ремонт в квартире одна сделаешь. На меня в этом году не рассчитывай».
«Не волнуйся, — ответила я, — найму мастеров. А своего механика теть Раиной дочке предложи, она тоже разведенка!»
Папа покачал головой: «Драть тебя надо было, может, тогда бы родителей уважать научилась. А так…»
Я погладила его по руке: «Давай лучше чаю попьем. Осталось у вас абрикосовое варенье?»
Одиночество и навязчивые сватовства
После расставания с Павликом все вокруг пытались меня женить. Сначала это казалось забавным, но быстро надоело. Разве можно найти любовь «по наводке»? Нет, любовь приходит сама, когда её совсем не ждёшь.
С Павликом всё так и было. Мы встретились в горах, на турбазе. Сразу почувствовали связь, было невероятно комфортно и интересно. Поженились, жили счастливо семь лет. Потом открыли свой бизнес, и всё пошло наперекосяк. Деньги разделили нас. Мы стали скрывать доходы, делить проблемы на «твои» и «мои». В итоге Павлик купил себе отдельную квартиру.
«Зачем?» — удивилась я.
«Надоело быть половинкой. Хочу быть цельным, никому не обязанным. Но если захочешь, буду наведываться, тебе же надо с кем-то спать», — усмехнулся он.
«Смешно! Ты думаешь, ты единственный мужчина на свете?» — разозлилась я.
Он оглядел меня: «Честно? Боюсь, что так. Посмотри на себя — сутулая, пузатенькая».
Я запустила в него чашкой и выгнала. После развода пришлось менять всё: работу, привычки, круг общения. Отпуск проводила у тётки на даче, убеждая себя, что местное озеро ничуть не хуже заграничных курортов.
Соседка-оптимистка и её неожиданное предложение
Как-то на лестничной клетке я встретила соседку Ирину Михайловну. Она сияла от счастья: «Леночка, зайдите, похвастаюсь ремонтом!»
«С удовольствием, — улыбнулась я. — Мне скоро тоже предстоит это испытание».
«Какое испытание? — рассмеялась она. — Ремонт — это обновление жизни! Ждите чуда, и оно случится».
«Вы неисправимая оптимистка!»
«И поэтому счастлива! — согласилась она. — А вам сколько? Тридцать пять? Да это же цветы! Я в шестьдесят каждый день проживаю как последний».
Ирина Михайловна была удивительно активной женщиной. Ходила на выставки, в театры, рестораны. Мне хотелось быть на неё похожей, но после развода я чувствовала себя ущербной и предпочитала одиночество.
Войдя в её квартиру, я ахнула: стены и потолок были ярко-красными, с жёлтыми разводами, словно языки пламени. «Потрясающе, правда? — воскликнула соседка. — Это сделал мой племянник Сева».
«Он художник?» — спросила я.
«Нет, банковский служащий. Но у него золотые руки! Кстати, он ваш ровесник и тоже в разводе».
Вот оно, сватовство! Я решила сразу пресечь это: «Ирина Михайловна, меня всё устраивает. А почему вы сами замуж не вышли?»
«Я? — она рассмеялась. — Я с трудом вырвалась из семейного плена! Я эгоистка, не люблю ни о ком заботиться. И мне не скучно одной!»
«Вот и мне не скучно», — пробормотала я.
«Неправда, — мягко сказала она. — Вы боитесь снова пустить кого-то в жизнь. Но не все мужчины — предатели. Мой племянник — романтик, любит музыку, поэзию, краски… Думаете, если он банкир, то сухарь? Вовсе нет!»
Я промолчала. От такого «буйства красок» становилось не по себе, но спорить не стала.
«Отлично! — решила Ирина. — Попрошу Севу помочь вам с ремонтом».
«Нет, не нужно!» — испугалась я.
«Как не нужно? Вы же говорили, что квартира требует ремонта!»
«Да, но у меня нет денег».
«Не проблема, я дам в долг!» — обрадовалась она.
«Я не хочу брать в долг, это против моих принципов».
«Я не отступлю! — рассмеялась соседка. — Если что-то задумала, обязательно сделаю!»
Что ж, пришлось согласиться. Решила: рассчитаюсь с племянником деньгами и забуду.
Нежданный гость и начало перемен
Вернувшись домой, я осмотрела квартиру. Ремонт действительно был нужен. Вдруг захотелось есть. После слов бывшего мужа о моей фигуре я пыталась сесть на диету, но это только усиливало депрессию. В итоге я махнула на всё рукой и снова ела любимые круассаны и колбасу. «Чем толще буду, тем меньше женихов будут подсовывать», — подумала я.
В воскресенье утром раздался звонок. На пороге стояли Ирина Михайловна и высокий усатый мужчина. «Леночка, мы вас разбудили? — весело сказала соседка. — Это мой племянник Сева».
«Я сова, — хмуро пробормотала я, — но заходите».
Сева замялся на пороге. «Не бойтесь, я не вампирша», — попыталась я пошутить.
Он покраснел: «Я не испугался, просто мы, может, не вовремя».
«Теперь уже неважно, проходите».
В гостиной повисло неловкое молчание. Я предложила кофе. «Сева вам поможет, он отлично его варит!» — сказала Ирина и вдруг исчезла, сославшись на конфеты.
На кухне Сева попросил турку, но у меня её не было. Он взял маленькую кастрюльку и принялся готовить. «Кофе крепкий?» — спросил он.
«Средний. Бутерброд с сыром хотите?»
«Хочу… Я дома не успел позавтракать».
Мы сели пить кофе. Я спросила, как давно он развёлся. «Три года прожили, потом она ушла к моему лучшему другу», — ответил он.
«И теперь все женщины кажутся стервами?»
«Не все. Вы, например, нет».
«Не льстите», — усмехнулась я.
«Вы себя недооцениваете», — сказал он, задумчиво попивая кофе.
Разговор неожиданно перешёл на копчёную колбасу. «Любите?» — спросила я.
«Конечно. А что, решили меня охмурить?» — улыбнулся он.
«Вот ещё!» — разозлилась я.
«Простите, я по глупости ляпнул», — испугался он.
«Ладно, давайте о ремонте поговорим».
Ремонт и неожиданное сближение
На работе я рассказала подруге Софийке о Севе. «А может, ты просто придираешься? — сказала она. — Причёску сменить, усы сбрить — не проблема. Главное, чтобы добрый и щедрый был. Хватит в старухи записываться!»
«Ладно, посмотрим», — вздохнула я.
Ремонт продвигался медленно. Сева оказался перфекционистом. Как-то я не выдержала: «Долго мне терпеть этот хаос?»
«Трудно без помощника», — оправдался он.
«Ладно, буду помогать».
«Договорились, — обрадовался он. — Только давай на „ты“ перейдём».
Как-то раз Сева рассказал, что в субботу у них в банке корпоратив. «Сделай выходной, повеселись», — сказала я.
«Не люблю шумные мероприятия. Там все парами, а я один… Не могла бы ты пойти со мной?» — неожиданно предложил он.
Я растерялась. «Не знаю… Неудобно как-то».
«Соглашайся, ты ведь никуда не ходишь, сидишь, как в темнице».
«Эх, была не была! — махнула я рукой. — Но без ухаживаний, договорились?»
«Конечно», — улыбнулся он.
Корпоратив и прозрение
Перед вечеринкой я три дня сидела на диете, чтобы влезть в старый велюровый костюм. Муки были не напрасны — костюм сидел идеально.
Сева, увидев меня, был поражён: «Потрясающе выглядишь!»
На банкете было весело. Я наконец-то могла есть деликатесы и много танцевала. За мной активно ухаживал коллега Севы Евгений — самоуверенный и элегантный. Во время танца он спросил: «Что вы нашли в нашем карасе-идеалисте?»
«О ком?» — притворилась я.
«О Севе. Бесперспективный кадр. Интеллигент и чистоплюй — вымирающий вид».
«А лучше быть мошенником?»
«Конечно. Жизнь коротка, нужно хватать всё, что плохо лежит», — сказал он, прижимая меня к себе.
«Ненавижу нахалов», — прошипела я, убирая его руку.
«Тогда нам не по пути».
«Верно, проваливай».
Сева наблюдал за нами и хмурился. «Ревнует», — с удовольствием подумала я.
Новое начало
На следующий день Сева пришёл в мрачном настроении. «Что будем делать с лоджией?» — спросил он угрюмо.
«Как скажешь, — улыбнулась я. — Но сначала пообедай. Я грибной суп сварила».
«За что?» — удивился он.
«За то, что раскрасил мою жизнь».
«Я? Раскрасил?» — его лицо озарила улыбка.
«Очень ярко, — рассмеялась я. — Как в сказке».
Елена
