Не знаю, как бы сложилась моя жизнь, если бы не одна папина фраза, и навсегда убившая все мои комплексы.

В раннем детстве я была худым ребенком. Поесть очень любила (особенно бабулины пирожки и прочую выпечку), но все калории моментально сжигались во время беготни и подвижных игр.

В шесть лет переболела корью, которая дала осложнение на сердце. Врачи запретили любую физическую активность, поэтому родители срочно забрали меня из хореографической студии и секции по плаванию, а также сделали освобождение от уроков физкультуры. Одну во двор тоже перестали выпускать — только под конвоем кого-то из взрослых, которые зорко следили, чтобы я не бегала и не прыгала. Немудрено, что стала очень быстро набирать вес. Если в шесть лет я весила около 20 кг, то к семи годам уже почти 28! Бабушка перестала печь свои знаменитые пироги и кормить меня манной кашей с вареньем, но я нашла выход из положения: просила у родителей деньги на канцтовары, а сама тратила их на булочки, пирожные и конфеты.

В общем, в пятом классе весила уже на двенадцать килограммов больше нормы. Одноклассники относились ко мне хорошо и если дразнили за полноту, то по-доброму — «колобком» и «плюшкой». Зато трое семиклассников устроили мне настоящую травлю: подстерегали на каждой переменке и изощрялись друг перед другом в креативе. Как они меня только не обзывали: и бегемотихой, и жирдяйкой, и слонопотамшей... А дома еще бабушка подливала масла в огонь — из лучших побуждений, разумеется...

— Оля, если ты не сядешь на диету и не похудеешь, то тебя, когда подрастешь, мальчики любить не будут, — пугала меня она. — Все подружки выйдут замуж, а ты так и останешься одна...

Я пыталась есть поменьше, но лишние килограммы не уходили, а комплекс неполноценности расцветал пышным цветом. И, возможно, моя жизнь сложилась бы совсем иначе, если бы в шестом классе не посмотрела по телевизору старый индийский фильм «Гита и Зита». Мамы с бабушкой дома не было, и никто не помешал мне нарядиться индуской. Завернулась, как в сари, в цветастую простыню, обвесила себя бусами, клипсами и браслетами, маминой помадой нарисовала точку на лбу, а тушью накрасила ресницы. На голову набросила газовую косынку с люрексом, оставшуюся еще от прабабушки. Зашла в кабинет, где папа читал диссертацию одного из своих аспирантов:

— Па, посмотри на меня.

Он поднял от бумаг голову и неожиданно сказал:

— Ты такая красивая!

Сказал настолько искренне, с таким неподдельным восхищением, что я ему поверила. Мои комплексы тут же сдохли бесславной смертью. Когда на следующий день троица семиклассников стала меня дразнить, я процедила презрительно: «Ты — очкарик. Ты — дрищ. У тебя изо рта воняет. И вы все — дебилы и лузеры!».

С тех пор они меня больше не доставали. Зато мальчишки-одноклассники стали, как и другим девчонкам, подбрасывать в рюкзак любовные записочки. А позже — приглашать на свидания...

Его фраза убила все комплексы и теперь я толстушка-красотка

Повзрослев, я не стала худой, тем не менее не испытывала недостатка в парнях, которые жаждали со мной встречаться — оказывается, такие чудеса творит не диета, а... психология красивой женщины.

Сейчас мне тридцать два, я вешу девяносто восемь килограммов, но не проходит и дня, чтобы муж не признался мне в любви. Пятилетний сын тоже считает меня самой красивой мамой на свете.

ОЛЬГА



Поделись!