В середине 1980-х ко мне на работе подошел парторг. «Хотим тебя, как активиста, рекомендовать на ответственную должность, -сказал он. - Но для этого, сама понимаешь, тебе надо для начала вступить в партию».

Я начала готовиться. Для вступления требовалось взять две рекомендации от членов партии. Первую я получила у хорошего друга. А вторую решила взять у заслуженного ветерана нашего предприятия. Когда-то мы вместе работали в одном отделе, и отношения у нас были самые уважительные. Поэтому я надеялась, ветеран мне не откажет.

Инспектор, насмешливо окинув меня взглядом, небрежно просмотрел документы

Так и вышло. Уже на следующий день ветеран принес рекомендацию, в которой подробно расписал все мои заслуги. В то время требовалось писать такие документы от руки, причем без помарок и исправлений. Так что надо отдать должное пожилому человеку, который заполнил убористым почерком целую страницу.

И я отправилась с рекомендациями в райком.

Встретили меня там неприветливо. Инспектор, насмешливо окинув меня взглядом, небрежно просмотрел документы и, ткнув пальцем в первый попавшийся - как нарочно, это оказалась рекомендация от ветерана, - процедил:

- Вот здесь у вас фраза написана неправильно. Надо переставить слова. Идите переделывайте. - И он вернул мне бумаги обратно.

Замечания были никчемные и совсем не по делу. Но делать нечего, пришлось опять идти к ветерану. В душе, конечно, я сильно переживала, что придется еще раз побеспокоить этого отнюдь не молодого и не очень здорового человека. Но ветеран без слов переписал все заново и отдал мне рекомендацию. Однако райкомовский инспектор и в этот раз к чему-то придрался и потребовал переписать бумагу в третий раз.

Я понимала, что, делая замечания ради замечаний, инспектор просто демонстрировал мне свою маленькую власть. Таким

людям обычно доставляет удовольствие видеть, как растерянные посетители начинают метаться, стараясь выполнить их указания, и никак не могут найти выхода. Но мне не хотелось быть игрушкой в руках недалекого функционера. И поскольку идти еще раз к ветерану я не решилась, поступила по-другому.

Я просто села и сама переписала всю рекомендацию от имени ветерана, стараясь повторить его почерк один к одному. И даже подпись похожую поставила. И так и отнесла эту «рекомендацию» в райком.

- Ну, вот теперь все правильно, - сказал инспектор, глубоко удовлетворенный моим мрачным видом и тем, что мне пришлось побегать по его указке.

Вскоре я получила заветный партбилет. Однако в глубине души меня продолжали мучить угрызения совести из-за моего поступка. Знала бы я тогда, что пройдет всего несколько лет, и не станет ни райкомов, ни самой партии, а люди начнут отказываться от партбилетов! Правда, я от своего не отказывалась, просто он сам куда-то подевался во время моих многочисленных переездов.

Светлана